Ученые открывают новые лекарства и способы продлить жизнь. Если вы обеспечены, в развитой стране высоки шансы дожить до старости и умереть безболезненно. Но что происходит перед смертью? Чувства людей в последние дни жизни не изучены до конца. Занавес только начинает приоткрываться. Дженни Диар написала колонку для издания The Atlantic о том, что происходит, когда тело умирает.

Фото: Леся Мазаник

Фото: Леся Мазаник

Мы с мамой сидели напротив медсестры хосписа, дома у родителей в Колорадо. Это был 2005 год, мама закончила лечение рака груди с метастазами. Пару месяцев назад она гуляла с собакой по горам и даже съездила в Австралию вместе с отцом. Теперь мама стала слабой. Болезнь, химиотерапия и лечение истощили ее.

Варианты химиотерапии закончились. Мама решила прекратить лечение и попросила врача направить ее в хоспис. Мы не были готовы к разговору с медсестрой, но, несмотря на шок, чувствовали облегчение.

За шесть с половиной лет лечения мама повидала двух терапевтов, шесть онкологов, кардиолога, нескольких радиотерапевтов, медсестер в двух отделениях химиотерапии и хирургов в трех клиниках. Ни один из них, насколько я знаю, ни разу не сказал, что будет происходить в момент смерти.

На то есть причина. «За две недели до смерти и до последнего вдоха люди становятся слишком слабыми или слишком сонными. Они пребывают без сознания и не могут рассказать, что чувствуют», – говорит Маргарет Кэмпбел, профессор по уходу за больными в государственном университете Вэйна. Маргарет посвятила десятки лет паллиативной медицине. Об опыте умирания мы знаем по рассказам родственников, друзей и медработников. Реальные ощущения передать, конечно, сложно.

Джеймс Холленбэк, специалист по паллиативному уходу в Стэнфордском университете сравнивает смерть с черными дырами. «Мы видим эффект черных дыр, но заглянуть внутрь невозможно. Создается сильнейшее гравитационное поле. По мере приближения к черной дыре после перехода через «горизонт событий», возможно, законы физики меняются».

«Сперва пропадают чувства голода и жажды. Потом отнимается речь, следом – зрение. Последними уходят слух и осязание».

Как чувствует себя умирающий человек? Исследований все больше, но последние несколько дней или мгновений перед смертью окутаны мистикой. Медицина только начинает заглядывать за занавес этой тайны.

Лет 100 назад люди, как правило, умирали быстро. Но современная медицина радикально изменила и продлила конец жизни. Например, американцы, у которых есть доступ к хорошей медицине, умирают постепенно. Затяжные болезни: рак в терминальной стадии, осложнения от диабета или деменция уносят жизни чаще, чем несчастный случай на производстве или грипп. По данным центра контроля над заболеваниями люди в Америке чаще умирают от болезней сердца, рака и хронического обструктивного заболевания легких.

Если приближение смерти проистекает постепенно, то в конце все происходит стремительно. Это называют «активным умиранием». Холленбэк в своем пособии по паллиативной медицине для терапевтов «Аспекты паллиативного ухода» пишет, что в фазе активного умирания люди начинают терять чувства в определенном порядке. «Сперва пропадают чувства голода и жажды. Потом отнимается речь, следом – зрение. Последними уходят слух и осязание».

Умирание не всегда болезненно. «В одних случаях боль неизбежна, другие пациенты – очень пожилые – они просто уходят. В этом нет страданий. Если заболевание тяжелое, у вас не обязательно будет сложная смерть. Люди, которые умирают от рака, принимают обезболивающее, если налажен режим приема, умереть можно спокойно», – говорит Кэмпбел.

Когда люди становятся слишком слабы, они не могут ни кашлять, ни глотать, некоторые шумно дышат. Кажется, будто пациент страдает. Но умирающий чувствует не всегда то, о чем говорят врачи. На самом деле ученые считают, что «предсмертный хрип» обычно не болезненный.

Большинство людей в последние часы или дни находятся без сознания. Сложно определить, многие ли из них страдают. «Мы считаем, если мозг в коме или вы не реагируете на внешний мир, то и восприятие может быть снижено, – говорит Дэвид Хьюи, онколог и специалист по паллиативному уходу, который изучает признаки приближающейся смерти. – Вы можете осознавать, что происходит или абсолютно нет».

Через пару недель после разговора с медсестрой мама едва была в сознании. Она просыпалась, шла в ванную, чистила зубы и мыла раковину. Ходила на автомате. А ее разум впервые в жизни отдалился от детей и мужа.

Я хотела знать, о чем она думает. Я хотела знать, где ее разум. Сидя у кровати умирающей, которая не отвечает, чувствуешь, будто пытаешься понять, есть ли кто дома, заглядывая в зашторенные окна. Спит ли она, мечтает ли, испытывает ли нечто сверхъестественное? А может, разум покинул ее?

Мозг многих умирающих «делает то же, что и тело – жертвует областями, которые наименее важны для выживания», – говорит Дэвид Говда, директор Исследовательского центра повреждений мозга UCLA. Он сравнивает этот период со старением: люди теряют навыки планирования, двигательные навыки и важную функцию – торможение.

«Как только мозг меняется и начинает умирать, возбуждаются разные его отделы, в том числе зрительный, – объясняет Говда, – поэтому люди видят свет».

Недавние исследования доказали, что обострение чувств, возможно, совпадает с тем, что нам известно о реакции мозга на смерть. Джимо Борджигин, нейробиолог университета Мичигана, впервые заинтересовалась темой, когда заметила нечто странное в мозгу животных в ходе другого эксперимента. До того как животные умерли, концентрация нейрохимических веществ в мозге внезапно возросла. В то же время ученые узнали, что нейроны продолжают выстреливать после смерти, но уже иначе. Нейроны выделяли новые химические вещества в больших количествах.

«Многие, кто выжил после остановки сердца, рассказывают, когда они были без сознания, их мозг пережил этот потрясающий опыт, – говорит ученый. – Люди видели огни. Свои ощущения они охарактеризовали как «реальней реального». Джимо поняла, что внезапное высвобождение нейрохимических веществ поможет описать это чувство.

Борджигин и ее команда провели эксперимент. Они дали наркоз восьми крысам и потом остановили их сердца. «Внезапно все участки мозга синхронизировались», – говорит она. Мозг показывал наивысшую активность, излучая волны на разных частотах. Наблюдалась когерентность – электрическая активность от разных участков мозга, которые работали слаженно.  «Если вы сосредоточены, заняты делом, вспоминаете слово или чье-то лицо – это высокоуровневая когнитивная активность. Тогда показатели растут, – говорит Борджигин, – эти параметры повсеместно используются при изучении сознания, когда люди бодрствуют. Итак, мы решили, если вы бодры или возбуждены, аналогичные показатели должны расти и в умирающем мозге. На самом деле так и есть».

Сны уменьшают страх смерти.

В последние пару недель жизни матери, когда ее разум словно уплывал от нас, она иногда поднимала руки вверх, собирая пальцами невидимые предметы. Однажды я взяла ее за руки и спросила, что она делает. «Расставляю все по местам», – ответила мама, мечтательно улыбаясь.

Полусон и частичное бодрствование – обычное состояние умирающих людей. Ученые под руководством Кристофера Керра в хосписном центре на окраине Буффало, Нью-Йорк, провели исследование снов умирающих людей. Большинство пациентов – 88% – видели как минимум один сон или видение. И эти сны отличались от обычных. С одной стороны, они казались более ясными и реальными. «Сны пациентов в предсмертном состоянии были более насыщенными, так что сон переносился в реальность, и они ощущали умирание бодрствуя», – отчитались ученые в журнале паллиативной медицины.

Почти три четверти пациентов во сне встречали умерших людей. Собирались в дорогу – 59%. Важные события из прошлого видели 29% людей. Пациентов опрашивали каждый день, одни и те же люди часто говорили на разные темы.

Для большинства пациентов сны были приятными и позитивными. Исследователи говорят – сны уменьшают страх смерти. «В основном предсмертные сны/видения были важны для пациентов, значили нечто личное», – отмечают они.

В последние часы, после того как люди переставали есть и пить, они теряли зрение. «Большинство умирающих закрывали глаза, казалось, что они спят», – говорит Холленбэк, специалист по паллиативному уходу из Стенфорда. «С этого момента мы можем лишь предполагать, что на самом деле происходит. Мне кажется – это не кома, как думают многие семьи и врачи, но нечто похожее на сон».

Сложно обозначить момент, когда это происходит, и человек начинает засыпать или умирать.

В случае с мамой так и произошло. Ранним утром, после того как на дворе выпал снег, мы с двумя ее друзьями по очереди дежурили в библиотеке, где мама лежала на больничной койке. Она казалась умиротворенной, в тусклом свете утра мы стояли по разным углам кровати, слушая ее хриплое дыхание.

Не было драматических движений или признаков, что она вот-вот покинет нас. Она не открыла глаза и не села внезапно. В последний раз мама вдохнула, чуть глубже прежнего, и умерла.

«Это похоже на начало шторма, – говорит Холленбэк, – волны все прибывают. Но вы не можете сказать, когда они начнут подниматься… Волны становятся все выше и, наконец, уносят человека в открытое море».

Читайте также:

Дэвид Боуи и Смерть: вдохновляющее и откровенное письмо врача о том, как правильно умереть