Поднимаешь руку, выскакиваешь на дорогу, скрип тормозов и облако выхлопных газов в лицо – желтый остров надежды на колесах останавливается и впускает в теплые объятия. В снег и дождь, в жару и холод вам рады в царстве икон, четок, бархатных накидок на сиденье водителя и, конечно, радио «Шансон».

– Один до метро.

– Куда?

– До «Житомирской».

– Сколько?

– Один!

– Присаживайтесь, передам сдачу.

Автопарк

Первые маршрутки появились в США в 1914 году. Назывались они Jitney и заменяли медленный и тесный трамвай. Транспорт был удобнее городского и стоил дороже. Но через несколько лет после запуска Jitney в Америке трамвайщики, таксисты и местные власти объединились, наняли хороших адвокатов и прикрыли конкурентов.

Сейчас в США микроавтобусы остались лишь в нескольких городах, зато по всему миру их пруд пруди. В каждой стране свои особенности, но вспомним наши, родные, украинские маршрутки.

Начало рейса

Я живу в ближайшем пригороде Киева – настолько близко, что порой называю себя киевлянкой, но недостаточно близко до городского транспорта. Если идти быстрым шагом в сторону Борщаговки, через полчаса сядешь на автобус. Это экстремальный вариант. Варианты поближе – маршрутка, электричка или такси.

Говорят, наши предки во времена палеолита (или в 60-х) ездили на электричках. Потом появился автобус №82. Вариантов немного, но и жителей в Вишневом было мало. Большинство местных работали на заводах в черте города, школьники учились, жизнь протекала размеренно.

С годами город разрастался, местные власти не торопились запускать общественный транспорт, а электрички приезжали только на одну станцию «Киев-Пассажирский». Все больше людей работают в столице, заводы сокращают штат, дети растут и поступают в вузы – жителям Вишневого нужно быстрее добираться до Киева. Потирая руки в ожидании наживы, местные предприниматели открывают мир маршруток. Небольшие «Газели» подвозили торопыг, которые не дожидались автобуса и ленились дойти до электрички. Дальше – больше, на рейсы пустили марки «Рута» и «Богдан” – известные своей вместительностью (резиновые), амортизацией (если производители знают такое слово) и способностью принимать любой тюнинг – провода со светодиодами, пластиковые бутылки вместо стопора для двери, монетки под стеклом вместо резиновых прокладок.

Маршруты изменились: раньше нас везли до пары станций метро, сейчас – практически в любой район Правого берега.

Все хотят ездить быстро, комфортно и дешево. Однако спрос формирует предложение. Главный критерий все же – доехать. Возможно, проезд дорогой, тормоза скрипят, водители не прошли полный медосмотр и заклеили трещину на лобовом стекле скотчем, но умеют держать руль и везут из точки А в точку Б, а мы читаем надписи в салоне: «Десять минут страха – и ты дома».

Остановка первая. Наивная

Однажды, в середине 90-х с мамой не попали на автобус и сели в маршрутку – за 75 копеек. Я с гордостью объявила ребятам во дворе, что ехала на такси. Не знала, что такси маршрутное, но похвасталась.

Позволить себе поездку могли не все. Простой народ продолжал пихаться в автобус и стоять на ступеньках тамбура в электричке. Я восхищалась подругой, которая в пятом классе сама, как взрослая, ездила на Святошино дважды в неделю. И ругала родителей – они оставались верны утренней электричке. “Несовременно бежать по мосту под зонтом и трястись в прокуренном тамбуре, как героиня «Служебного романа», – думала я.

Следующая остановка. Неприятная

Единственный автобус №82 ездил от молокозавода №3 до станции метро «Академгородок» (старожилы помнят маршрут до завода «Электронмаш»). Я, бедная студентка, спешила вечером на последний рейс – в 18:20. Однажды, заскочив в заднюю дверь, молилась не сломать каблук и ребра. Мужчина позади стоял неестественно близко и шептал на ухо приглашения на кофе с продолжением. Мне пришлось повернуться боком. Еще пару остановок проехала, упираясь локтем в живот попутчику под возмущенные возгласы: «Девушка, мне неудобно». Оставшуюся часть дороги сидела на освободившемся месте, а дышащий духами и туманами (перечеркнуто – перегаром) попутчик обещал прелестный вечер и провожал до дома. Благо, парень свалился в сугроб, не доходя пару метров до подъезда.

После поездки раз и навсегда завязала с переполненным автобусом №82, который с тех пор ассоциировался с настойчивым кавалером.

Остановка по требованию. Жизнеутверждающая

Я стала постоянной клиенткой частных перевозчиков и каждый день переживала радости и печали вместе с земляками.

Только в разваливающемся желтом «Богдане» можно всю дорогу хохотать с подругой над переворачивателями пингвинов и довести до истерики попутчиков. Только несясь по Кольцевой краем уха слышишь от тоненького очкарика: «Да я тебе зубы повыбиваю»; от мужчины в выглаженном костюме – жалобы, что подорожала водка и проезд. Только здесь повторишь курс географии за десятый класс вместе со школьником или прочитаешь книгу с заговорами и проклятьями, после которой впору убегать и креститься.

Можно почувствовать себя королевой, когда местный пацан говорит: «Садись, че», и богачкой, когда оплачиваешь проезд. Только здесь уступаешь место парню с полным стаканом пива, чтобы не разлил на новую юбку, можно обсудить курс гривны и ремонт дорог, услышать по радио «вороны – москвички» и расплакаться.

Развеселые приключения ждут в кабинках на колесах, которые мчатся по ухабам судьбы навстречу солнцу и станции метро.

Конечная. Печальная “Выходим, пассажиры”

На первом месте в городах с современной инфраструктурой – пешеход. Потом велосипедист, общественный транспорт, и на последнем – транспорт личный. В эту градацию, вероятно, забыли вписать маршрутки как атрибут бедных стран.

На ровном асфальте трясет – чувствуешь себя в кибитке на проселочной дороге (заодно вспоминая значение слова «кибитка»). Кому-то душно, кому-то дует, в дождь протекает крыша, от солнца шторки не спасают, в холодные дни рука примерзает к поручню, в жаркие – платье прилипает к треснувшему сиденью из экокожи. И, естественно, – все заходят в “твою” маршрутку, ведь следующая никогда не приедет.

Больше десяти лет практически каждый день я катаюсь в Киев и обратно. По городу стараюсь передвигаться на метро или пешком. За это время рвала юбки и колготки, больно ударялась головой при выходе, почти теряла сознание от толпы и духоты, замерзала зимой. Транспорт ломался на полпути, попадал в аварии, водители высаживали меня из-за отсутствия сдачи. Часто было неудобно сидеть и стоять, попутчики попадались всякие, и только чувство юмора и потребность успеть на работу к 9.00 не давали выйти посреди пути и разрыдаться. А рыдать порой очень хотелось.

Из последних историй – рядом с сиденьем водителя пошел дым, пассажиры успели выйти, а маршрутка вспыхнула за две минуты и сгорела, как сообщили позже, дотла. Иконы не спасли.

Недавно стоимость проезда повысилась в полтора раза. Местные активисты провели забастовку. Пока проверяли обоснованность повышения стоимости, цена упала до прежнего уровня. Через месяц проезд снова подорожал. Видимо, основания существенные.

Полезные выводы не напрашиваются. Пока будет спрос – будет предложение, мы будем запихиваться в коробки на колесах и терпеть, добираясь до метро. Хочется, чтобы транспорт был удобным и безопасным. Чтобы маршрутные такси ездили не повсюду, а там, где это актуально. Чтобы водители были вежливые, салоны – просторные, а дорога – легкой. И чтобы «Золотые купола» радовали душу водителя в другое время. Не в рабочее.

Свежие темы:

  • birdy

    Вот это терпение у человека – 10 лет в Киев ездить…
    Иногда подумываю, не перебраться ли куда-то в пригороды, но мысль о добиралове в Киев отрезвляет.