Мы регулярно рассказываем о девушках, решившихся на второе образование за границей. Многие из них поступили в университеты к 30-ти годам и доказали, что учиться никогда не поздно. Но есть множество навыков, для которых не нужны вузы – ими вполне можно овладеть самостоятельно, при помощи курсов или ютуба. Шесть девушек, научившихся чему-то новому в осознанном возрасте, рассказали нам, почему решились только сейчас, каким образом это повлияло на их жизнь и как это — учиться в возрасте, когда «уже все надо знать и уметь».

Юлия Берулава и синтезатор

Игра на рояле у меня значилась в огромном списке «Успеть сделать до 30-ти». Список был внушительный, а вот с галочкой «выполнено» оказались лишь несколько пунктов. У меня всегда были трудности с тайм-менеджментом, так что это неудивительно. К тому же я яркий представитель своего знака зодиака —  Близнецы, а мы часто загораемся чем-то и так же быстро потухаем.

Рояль (точнее, синтезатор) вернулся в мою жизнь благодаря сыну. Ему пять, и нет – в нем пока не замечены задатки второго Бетховена. Давид попросил привезти из квартиры бабушки мой синтезатор, который, зная о пунктике «успеть до…», подарил однажды муж. Сыну хватило два раза нажать на клавиши и потерять интерес, а вот я в свои 34 года опять загорелась. Благодаря миру новых технологий, приложениям и спасительному YouTube начала учиться. За тайм-менеджмент теперь отвечает SimplePiano на телефоне, чтобы я не забыла вечером найти 30 минут драгоценного времени на свою мечту.

Занимаюсь уже четыре месяца. Я не сдаюсь. Теперь умею читать ноты, играть двумя руками и надеюсь когда-то удивить друзей невероятным исполнением композиций Алиши Киз.

В моем списке также — выучить французский язык и плавать «богиней» в океане, море, бассейне.

Анна Сарапион и шитье

Я родилась в семье, где все знали, что такое выкройка, что ножницами для ткани нужно резать только по ткани, а не бумагу, как я. Где материал ценился даже в самых мелких кусочках, а заправлять нитки в шпульку было искусством. Я видела много разных швейных машинок: от ручных, ножных и до самых современных. В своей жизни много раз слышала слова «мерки», «припуски», «выточки» и так далее.

Жить в такой атмосфере для многих, наверное, значило бы все знать и уметь и хотеть шить. Но не в моем случае. Мне казалось, что не смогу из-за проблем с глазомером. Да и мама как-то сказала, что не хотела бы, чтобы я шила. Поэтому, несмотря на то, что бабушка часть своей жизни провела на фабрике одежды, мама преподавала и шила все, о чем только можно мечтать, я прошла мимо этой темы.

Лет десять назад во мне проснулся необычный интерес к одежде. С тех пор мечтаю, что все-таки научусь шить, и слово «выкройка» уже никогда не будет меня пугать. Когда муж узнал о моей мечте, на годовщину подарил мне швейную машинку. Следом были куплены классные ножницы, нитки и ткань, но дело так и не пошло. Стыдно признаться, но машинка до недавнего времени несколько лет просто пылилась, я ни разу ее не открыла. Меня охватывал такой страх, что я не осмеливалась даже подойти к ней.

Казалось, что ничего не получится. Что все те ужасные уроки черчения помешают сделать мне нормальную выкройку, что руки станут не так и строчка съедет. Я жутко боялась, но все так же мечтала. И постоянно находились разные причины: то нет времени на школу, то нет денег.

Несколько недель назад знакомые из швейного кооператива ReSew разместили объявление, что запускают школу кройки и шитья. Я поняла, что это мой шанс. Успокоила страх и скоро уже дошью штаны. А потом платье или рубашку и, может, даже что-то еще. Наши мечты часто сопровождаются страхами. Наверное, мы боимся, что желания станут реальностью, и мечты больше не станет. Но ничего, придумаю новую. В конце концов, они же должны сбываться.

Алиса Иванушкина и велосипед

В моем детстве был трехколесный велик, красивый, глянцевый, с ленточками на руле. И я гоняла на нем, пока не выросла. Потом папа мне купил двухколесный, но тот оказался с заводским браком — педали не крутились. Я ждала и мечтала, что можно будет как-то исправить дефект или купить новый. Но денег на новый не было, а с этот нельзя было починить. Так я обиженная и выросла.

Училась, работала, много времени тратила на книги, самообразование и всегда немного с завистью смотрела на тех, кто путешествует на велосипедах или просто катается в парке. Мне казалось, что уже поздно и смешно учиться ездить. Но этим летом друг прикатил ко мне на ярком велике, и я поняла, что это мой звездный час!

Чувства были неоднозначные. Я всегда и все в своей жизни контролирую, все умею, руковожу большими компаниями – и тут кто-то бежит за мной и страхует, чтобы я не свалилась…

Делать первые круги было страшно: непонятно, как тормозить, как держать равновесие. А потом я смогла! Радовалась искренне, как маленький ребенок, хотелось кричать от восторга, потому что ветер в волосах, потому что могу, потому что учиться никогда не бывает рано или поздно.

Ольга Кондакова и рисование маслом

Период с 25 до 30 лет у меня был своеобразной экспериментальной пятилеткой. Появился нормальный доход, и я начала пробовать если не все подряд, то очень многое. Большинство занятий так и закончились на стадии эксперимента. Или же, получив какой-то  результат, я бралась за следующее. Так, в анамнезе остались уроки игры на гитаре, уроки вокала, занятия народными танцами, плавание, лыжи.

Свое хобби нашла не планируя, благодаря стечению обстоятельств и очередному «хм, чем бы заняться?». Все, что связывало меня с рисованием ранее – брат, который всегда делал за меня домашние работы по этому предмету в школе.

До 30 лет я и не думала о том, чтобы рисовать. Интересовалась живописью на уровне обывателя, восхищалась людьми, которые могут сотворить шедевр кистью, но сама не посягала. Случайно попала к одной художнице, которая спонтанно решила организовать студию. И увлеклась.

Первая работа маслом давалась мне с таким трудом… Я с завистью смотрела на соседей за мольбертами, которые начинали и заканчивали картины за два часа или за два занятия. У меня на маленькую картинку ушло месяца два! В процессе даже уши болели от напряжения, в какой-то момент, кажется, я поняла Ван Гога, который себе одно отрезал.

После я перепробовала разные студии, брала уроки графического рисунка и композиции. Моя безоговорочная любовь – эта масляная живопись. Последние несколько лет хожу в одну и ту же студию, где потрясающая атмосфера, где всегда помогут советом, но в целом не вмешиваются в процесс, позволяя творить в полной мере. Я не могу сказать, что научилась рисовать, у меня все еще слишком мало практики. Но я получаю колоссальное удовольствие от процесса. Мои друзья и родственники — пока что единственные потребители результатов моего творчества. Говорят, что получают удовольствие, созерцая мои работы на своих стенах. Надеюсь, что не врут.

Юлия Джугастрянская и хайкинг

Первые горы случились со мной довольно поздно – лет в 20. Когда вместе с другими победителями конкурса «Студент Киева» я оказалась в зимних Карпатах. Именно они подарили мне ощущение полета, которое навсегда станет ассоциироваться с горами, – сначала на параплане, а потом и на лыжах. Правда, через два года я получила травму и на лыжах не стояла уже лет десять.

Однажды мне заказали на перевод «Кима» Киплинга – роман, который никогда ранее не переводился на украинский и считается вершиной творчества сэра Редьярда. Там очень убедительно описывались и Гималаи, и тибетские отроги. Зимними вечерами в Киеве я просиживала часы напролет над картинками из Википедии и Google maps, пытаясь разобраться в маршрутах героев. В один из таких дней на исходе зимы 2012-2013 года я получила сообщение от знакомого: «Хочешь поехать в Тибет? – Да! – Тогда лови описание».

До момента сбора группы в аэропорту все казалось мне нереальным. Во-первых, я до этого не занималась никакими физическими нагрузками, а гулять предстояло на высоте около 5500 м, во-вторых, я понятия не имела, что такое рюкзак, спальник, зачем нужны все эти таганки-кружки-термосы, а уж тем более – такое странное содержание аптечки (о горной болезни узнала потом).

Меня предупредили, что надо будет проходить в день не менее 10 км с весом, а значит, необходимо подготовиться. И я тренировалась – целью было пробежать 4 км без остановки.

Я бегала каждое утро в парке – в любую погоду. Особенно нравилось в снег и в дождь – благо, экипировка позволяла. Ощущать прохладные капли на разгоряченной коже – это невыразимый кайф. Помните, когда в конце марта Киев аномально завалило снегом? В парке тогда я бежала одна, вслед за грейдером, расчищавшим основные дорожки. А там, где их не было, я прорывалась по колено в снегу, ориентируясь на следы самых ранних и отчаянных собачников. И была непередаваемо счастлива.

18 апреля мы вылетели в Непал. Все было внове и непривычно. Я впервые поехала в путешествие с группой после той поездки в Карпаты. Впервые – в Азию. Впервые прочувствовала, что значит «резкий набор высоты» и что такое горная болезнь, когда ты внезапно начинаешь ощущать все свое тело, каждую его клеточку, замедляешься, будто космонавт на Луне. Начинаешь двигаться очень плавно, потому что любое резкое движение отзывается резкой болью в затылке. Но боль уходит довольно быстро и вместо нее приходит эйфория, когда весь мир прекрасен, ветер на перевале полощет флаги, и хочется бегать и прыгать. А гид объясняет, почему эйфория иногда бывает опасной. Странный человек, ей-богу!

Настоящая «горянка» меня таки догнала в Шигадзе – за компанию с соседкой по комнате. Я увидела, как человека на ровном месте накрывает головной болью, жаром, рвотой и таким ознобом, что под тремя одеялами тело буквально подпрыгивает на кровати. Через полчаса у меня повторились все ее симптомы. Четко помню, как стояла над умывальником в ванной посреди всего этого мрамора и зеркал (нам достался трехзвездочный отель), разозлилась сильно и решила, что со мной такого больше не произойдет. С тех пор сколько и по каким горам я бы ни шаталась – «горянка» меня не берет.

Горы научили слушать свое тело и свой ритм. Это залог выживания и удовольствия на высокогорье. Помню, как надо было подняться на перевал Дролма-Ла. С 4700 на 5660 метров. Идти пару километров, но вверх по тропинке. Наша цепочка быстро распалась: те, кто посильнее, ушли вперед, те, что послабее, начали останавливаться, и мне казалось, что я иду одна. С каждым шагом все медленнее и медленнее, с каждым вдохом сердце в груди взрывается и разносится колючими осколками по всем венам. А надо делать вдох. И шаг. И еще вдох. Еще шаг, и еще, и еще. Медленнее, еще медленнее, только не останавливаться, идти.

Я чувствовала, что уже не иду, а переваливаюсь с ноги на ногу, и рядом нет никого. Оказывается, шерп все это время был рядом, отставая на полшага. Увидев, что я совсем плоха, он забежал вперед и заговорил по-тибетски. По интонациям я догадалась, что он спрашивает, как я, и показывает рукой – Дролма-Ла! Поднимаю голову – до вершины перевала оставалось каких-нибудь 50 метров, и там, наверху, вставало солнце. А ведь выходили мы еще затемно.

Эта эйфория – ощущать себя, свое тело, воздух в легких, рассвет в глазах и на коже, каждой мышцей и косточкой – осталась со мной. Горы научили меня идти вперед к цели. Потому что только так можно жить, ощущая себя живой.

Катерина Бякова и программирование

Я работала в клиентском сервисе IT-компании, когда в начале 2014 года решила изучать CSS. Мне тогда исполнилось 29 лет, за плечами был диплом инженера-переводчика в кораблестроительном, в котором я разочаровалась, и восемь лет поисков себя в маркетинге, продвижении брендов и рекламе.

В 2013-м мы запустили бренд -FINCH, а к концу года набили шишек и решили в корне менять стратегию. Нужен был веб-сайт. Мы только начинали формировать свой стиль, но уже не могли позволить себе сделать дешевый сайт-визитку или использовать бесплатный конструктор. При этом бюджет ограничивался нашими небольшими сбережениями.

Свою вторую работу мы держали в тайне даже от друзей. Сейчас это кажется смешным, но тогда было важно. Я не могла обратиться к коллегам за помощью, но уже кое-что умела. Например, могла использовать готовые шаблоны на базе WordPress, наполнять сайты контентом и настраивать через админку. Но чтобы сделать по-настоящему крутой сайт, этого мало. Нужно было уметь кастомизировать темы.

Я начала учить CSS по видеоурокам, по часу в день: оптимальный формат в моем тогдашнем ритме жизни. Это оказалось интересно и смешно, особенно потому, что автор уроков неверно произносил английские слова, которые составляют основу логики CSS. За месяц я поняла структуру, выучила селекторы для правил. В конце концов, все оказалось гораздо проще, чем я представляла.

Разобравшись с CSS, я поняла, что мне под силу все. И что я должна заниматься брендом на 100%, потому что частичная занятость в проекте – это частичный результат.

Я уволилась и начала работу над сайтом FINCH, а в сентябре 2014-го мы перезапустились с новым ассортиментом и интернет-магазином. До сих пор я постоянно вношу изменения в его работу, делаю более юзабильным. И не привлекаю сторонних программистов. Сейчас мне 33, я могу и буду учиться всему, что мне интересно.

Свежие темы: