Каждое утро, собираясь на работу, думаю, как же приелись вещи, которыми забит шкаф, я постоянно хожу в одном и том же. Коллеги, наверное, втайне смеются над моими вечными черными скинни. Им чудесным образом удается не носить два дня подряд один и тот же наряд. На фото в инстаграме за последние месяцы я в реглане овсяного цвета с высоким горлом, который не хотелось снимать всю зиму. Создается впечатление, что мне больше нечего надеть. Я вижу на улицах роскошных девушек и мечтаю выглядеть, как они. Беда в том, что в мой шкаф не вместится даже самый тонкий кашемировый свитерок — все полки забиты. И это, увы, не делает меня счастливей.

Самым богатым человеком на планете, с состоянием 79,7 млрд долларов, в этом году стал Амансио Ортега — создатель Zara, Bershka, Oysho и прочих брендов масс-маркета. Он придумал нехитрую схему — обновлять коллекции еженедельно, насыщать их желанными вещами, списанными с подиумных моделей, и заставлять весь мир их хотеть. Кроссовки 1-в-1 как Balenciaga, только в разы дешевле, кажутся выгодной сделкой. Они визуально ничем не отличаются от оригинала, но купить их можно, не продав при этом почку. А потому какая разница — Zara это или настоящий шедевр от Демны Гвасалии. Амансио Ортега нашел ключ к нашей потребительской сущности.

Профессор психологии из Сан-Франциско Райан Хоуэлл уверяет, что во всем виновата генетическая память. Во времена охоты на мамонтов и собирательства люди брали от мира все, что хотели: висит груша — съел, плывет рыба — поймал и съел. Все просто и доступно — никто никому ничего не должен. Охотники и сборщики урожая подбирали все, что видели, так как у них присутствовал страх не встретить на своем пути ничего подобного в дальнейшем. Потом появились деньги и все усложнилось. Человек продолжал хотеть все, что видит. Только теперь для приобретения желанного нужно было раздобыть заветные бумажки, от чего запретный плод становится еще более сладким.

Профессор Хоуэлл делает отсылки к эпохе мамонтов, но в нашей ментальности не нужно идти так далеко, достаточно вернуться в советские времена, в эпоху повсеместного дефицита. Люди, которые жили с двумя парами обуви на год и двумя костюмами, повседневным и парадным, не все смогли проникнуться консьюмеризмом. Они скупаются осторожно, обдумывая каждый шаг и каждую вещь. Их шкафы, как правило, не ломятся от количества ненужных нарядов.

Чего не скажешь о нас, поколении, выросшем в 2000-х, когда покупательская способность была достаточно крепкой. Мы готовы сметать с полок все, что нам предлагают. Даже нормкор не способен остановить поток вещей из торгового зала в примерочную, а затем в домашний гардероб. Мы не жили во времена, когда джинсы нужно было «доставать», а вареные джинсы — варить, но генетическая память — вещь сложная. И она просит нас не разбрасываться, а с готовностью брать все, что дают. Особенно то, что дают со скидкой.

Белые футболки — необходимость, поэтому их должно быть несколько. Черные регланы, серые толстовки, брюки, спортивки, обувь, платья, юбки — их не бывает много. Казалось бы, все понимают, что счастье не в материальном, но сколько людей хоть раз в жизни грустно смотрели вглубь забитого шмотьем шкафа? И наверняка надевали в примерочной абсолютно не нужную в данный момент вещь, но разве можно ее не купить с -50% скидкой?

Я много раз становилась жертвой маркетинга. Велась на глянцевые страницы, рекомендации блогеров, рекламу, два по цене одного и тех, кто говорил, что вещи нужно надевать один раз. Звезды никогда не выходят на красную дорожку в одном платье дважды. Успешные женщины не затирают любимые джинсы до дыр. Где-то в подсознании это отложилось, сформировав желание надевать каждый день обновку. Так я пришла к тому, что дверца моего шкафа не закрывается, но носить нечего — во всем меня уже видели.

Недавно я пробовала покупать новую вещь только после того, как выброшу две старых. Но поступления в шкаф все равно не прекращались. Я действительно отправляла на помойку старые футболки, но чувство вины перед планетой щемило сердце. Страшно представить, какой ущерб наносят Земле всемирно известные корпорации, штампующие «необходимые» нам предметы гардероба в промышленных объемах. Пугающая статистика о спуске загрязненных вод в океан не дает покоя при виде новых коллекций в шопинг-моллах. Их теперь меняют даже не по сезонам. Люди покупают больше – бренды отвечают ускорением производства. Получается замкнутый круг.

Проблема обилия вещей становится для модной индустрии монстром, которого она сама и породила. Даже те, кто ответственны за бесконечную ротацию продукции – сами дизайнеры, – стали выступать за уменьшение количества новых нарядов. То Раф Симонс пожалуется на массовость моды, то Альбер Эльбаз. Даже свежая кровь, вроде креативного директора Balenciaga Демны Гвасалии, за изменения: «Я не думаю, что рынок нуждается в таком количестве одежды. Я чувствую, что мы должны что-то поменять, найти новые механизмы работы, ведь много денег тратится на производство ненужных вещей».

Продумывая варианты борьбы с собственным консьюмеризмом, я остановилась на нескольких направлениях. Во-первых, забить на стереотипы, и надевать вещь так часто, как хочется, а не как требуется по негласному «кодексу стильных». Для этого может понадобиться сила воли, терапия с психологом или книга «Тонкое искусство пофигизма» Марка Мэнсона, которая учит на все смотреть проще.

Во-вторых, придерживаться принципов апсайклинга и ресайклинга — то есть отдавать вещи, которые больше не носишь нуждающимся (точки приема можно найти по всему городу, включая боксы в торговых центрах) или на переработку. Часть любимых вещей, которые уже не ношу, планирую продавать на «Кураж Базаре», перечислив деньги на благотворительность.

В-третьих, не совершать покупку стихийно, а брать паузу и обдумывать желаемое несколько дней, а лучше — недель.

Вещи попадут в мой гардероб не из-за скидок и быстротечных трендов. Они, скорее всего, действительно мне нужны. А когда перестанут быть незаменимыми, лягут стопками на моем торговом месте на «Кураж Базар». Планирую таким образом уберечь планету от излишнего мусора, а кошелек — от неразумных растрат.

Сразу после утилизации ненужных вещей на барахолке посажу дерево. Это даже больший тренд, чем, когда «встречают по одежке». А в тренде хочется быть всегда.