Я стою спиной к зеркалу, развернув голову так, чтобы рассмотреть свои ягодицы и бедра, или, выражаясь языком дворовых девчонок девяностых-нулевых, ляжки. Жопа вроде и ничего: круглая, упругая, правда, чуток расширенная по бокам. Подростком я узнала, что такое называется уши, это было плохо и от этого надо избавляться. На фитнес-каналах на Youtube теперь говорят галифе, это по-прежнему плохо и от него тоже надо избавляться.

Мои ягодицы и бедра могут выглядеть гладкими, но если выгнуться, чуть согнуть ноги и рассматривать себя при разном освещении, то шансы обнаружить целлюлит растут. Самый беспроигрышный вариант – положить ногу на ногу и сжать двумя пальцами кожу бедра. А вот он! Апельсиновая корка detected.

Жирная

За свои 29 лет жизни я не помню момента, когда (в сознательном возрасте) не комплексовала бы из-за нижней части тела. Даже лет в десять, когда пубертатные округлости еще не начали вносить смуту в сердца и другие части тела окружающих людей мужского пола, уже верила: я жирная.  Я была обычным ребенком, не худая, не толстая – девочка как девочка. Но даже тогда выглядела плотнее взрослых моделей, задирающих подбородки и надувающих губы с рекламных плакатов и в клипах на MTV. Меня удивляло, что бедра могут быть такого же объема, как икры. Но наверное, не только могут, а и должны, иначе никто бы не фотографировал всех этих странных женщин — не сомневалась десятилетняя я.

В 12 лет жопа начала появляться, а в 15 уже окончательно и бесповоротно стала важной частью моей жизни. Подруга, осчастливленная узкими бедрами и большой грудью, уверяла, что комплексую я зря: “Глянь на Шакиру и Джей Ло, какие попы, как танцуют!” Именно такая попа была у меня, досталась по наследству – мама в юности заставляла мужские шеи сворачиваться. Это потом она набрала в весе и погрузилась в режим вечного похудения, нелюбви к себе и стенаний о том, что снова потолстела. 

Чтобы как-то справиться с созревающей сексуальностью, старший брат неостроумно шутил: если я и дальше буду так разрастаться, то скоро перестану пролезать в дверь. Возможно, комментарии, сочетающие в себе признание наличия у меня женских прелестей и констатацию, что иметь их не очень-то и прилично, стали определяющими в моем собственном отношении к своему телу (правда, доктор Фрейд?).

Я носила постсоветский 44 размер, это 36 европейский, S — ведь значит small! — и убежденно считала себя толстой. Постоянно стеснялась. Находила все больше изъянов, подолгу рассматривая себя в зеркале. Исправно покупала в ларьке на остановке журнал Cool Girl, ни о каком бодипозитиве в те годы и речи не было, девочкам дурили голову всевозможными диетами и советами, как казаться худее, чем ты есть. Думаю, авторки тех текстов очень бы удивились идее, что вовсе необязательно всю жизнь пытаться казаться.

Все изменилось и теперь говорят о культе больших задниц, возглавляемом лучезарной Бейонсе. Но если можно было бы выбросить годы взросления, пропитанные уверенностью в собственной неполноценности, то и писать здесь было бы не о чем.

Летом я поехала в лагерь и узнала, что жопа обладает магнетическими свойствами. Мальчики постоянно норовили потрогать. На медляке один из них опустил руки ниже моей талии и вцепился пальцами в ягодицы. Я танец сразу прекратила и больше с ним не общалась. Потом что-то похожее повторялось в школе, чаще всего в очереди в буфет.

Как-то она стала причиной самого короткого расставания в моей жизни. Мы ругались с бойфрендом, сошлись на том, что так дальше невозможно, надо расставаться, я гордо пошла в сторону метро, и уже на подходе к эскалатору он догнал меня и попросил прощения. Позже признался, что собирался уйти насовсем, но повернувшись, засмотрелся на мою удаляющуюся попу и передумал.

Цел-лю-лит

Сейчас мне 29 лет. Я регулярно хожу в тренажерный зал, пытаюсь следить за питанием, нравлюсь себе в зеркале чаще, чем не нравлюсь, хотя иногда и стесняюсь носить джинсы скинни: чувствую себя в них голой, уж очень все обтягивается, уж больно напоказ.

Недавно столкнулась со знакомой, назовем ее Дашей, ухоженной фигуристой 25-летней девушкой. Разговорились: она ехала с сеанса аппаратного антицеллюлитного массажа. Однажды на пикник Даша пришла в коротком сарафанчике, и меня восхитило, как взбито выглядели ее крупные бедра: ни единой неровности, ничего, что обычно бывает у награжденных пышными формами девушек.

Вот и секрет — антицеллюлитный массаж. Сначала больно и «ляжки» в синяках, зато потом – свобода от комплексов и короткие сарафаны все лето.

Походив с этим знанием пару недель, я попросила Дашу сбросить мне контакты салона. Оказалось, что для достижения эффекта рекомендуется пройти 10 сеансов. Абонемент на 5 сеансов (за 1 сеанс, 40 минут, обработают живот, бока, бедра, ягодицы – ведь раз уж становиться идеальной, то живот с боками как же исключать?) стоит около $50.

И тут запустился очень странный процесс в моей голове, безумная пьеса для трех голосов.

Первый голос:

Если я взрослая самодостаточная женщина, то what’s the fuck? Я занимаюсь в зале и пытаюсь правильно питаться для того, чтобы хорошо себя чувствовать. Так долго взрослела и вырабатывала здоровое отношение к собственному телу. Училась  любить его за все те удовольствия, которые оно мне доставляет, за силу, за возможности, которые в нем таятся. Шуточки старшего брата, тощие модели, вечно худеющая и недовольная своим телом мама – все это вроде как пережито, осознано и отпущено. Но если это действительно так, то нафига мне антицеллюлитный массаж жопы?

Второй голос:

Один сеанс длится 40 минут – и это ресурс, который можно потратить намного более приятно. На 40 минут можно растянуть завтрак, прочесть хорошую статью, главу из «Второго пола», их можно отдать прогулке по парку, мастурбации, сексу, пробежке, контрастному душу, серии «Рассказа служанки». Но не антицеллюлитному массажу! А $100 за весь курс (10 сеансов массажа) – это тоже немалый ресурс. Даже не буду придумывать, на что их можно потратить.

Третий голос:

Я жирная и ляжки мои колосятся. Тренажерный зал, становая тяга, приседания со штангой – это ерунда. Только антицеллюлитный массаж способен меня спасти. Не пойду сейчас, потеряю все. И любовник мой тоже уверен, что все ужасно. И сексом со мной занимается только из жалости. И по жопке похлопывает не из вожделения, а на самом деле от отвращения.

Любовь

Дурацкая безделица, антицеллюлитный массаж, лишил меня покоя, возродив детские комплексы. Это вообще о чем? Может, я драматизирую и это обычная процедура по уходу за собой, как, например маникюр. Но и здесь я себя убедить не могу: на маникюре в салоне я была два раза в жизни и вряд ли вскоре захочу повторить. Сидеть час напротив скучной женщины, творящей что-то с моими руками, и разговаривать о какой-то дребедени. И это без покрытия – дурно пахнущей густой жидкостью я уже давно перестала намазывать ногтевые пластины, слишком много мороки, слишком мало смысла.

Кто придумал целлюлит, кто внушил мне, что кожа бедер должна быть идеально ровной? На вере женщин в него держатся целые индустрии услуг и товаров, призванные бороться с целлюлитом, словно других проблем у половины человечества нет.

Почему я не могу просто любить ее, свою большую красивую попу, наращивать мышечную массу упражнениями в спортзале и не мучить массажами, от которых больно и синяки, платя за это немалые деньги?

Дело не в массаже и не в целлюлите. Если что-то изначально по умолчанию не любишь, если уверена, что оно не такое, как надо, то и будешь цепляться за любые надежды на то, что оно наконец-то станет правильным и нормальным. Но уловка в том, что не станет. Если ты уверена, что часть тебя ущербна – она такой и будет всегда, что бы ты ни делала, как бы ни массировала, ни качала, ни резала у хирургов.

Когда мы были маленькими, многих из нас приучили ненавидеть свое тело. Но мы уже выросли и в нашей власти научиться его любить.

И я принимаю радикальное, революционное решение: я отказываюсь от нелюбви к своей жопе. Я отказываюсь ее «улучшать» из-за ненависти. Отказываюсь жить в дискурсе о том, что она недостаточно хороша. Я не обязана стремиться к тому, чтобы приблизить ее внешний вид к фотографиям в глянцевых журналах. Ей и так немало досталось. Были вздохи, слезы, было слишком много упреков и сомнений в ее адрес.

Хватит. Она прекрасна. На ней мягко сидеть. Ее приятно упаковывать и в обтягивающие платья-футляры, и в просторные летние брюки. Любовников она вдохновляет на отличную эрекцию, которая дарит мне много удовольствий.

Так зачем мучить дальше жопу мою многострадальную? Пора оставить ее в покое и наконец-то просто дать то, что она давно заслуживает, — любовь.