Я задолжала этот материал тебе — человеку, внутри которого сейчас разверзся ад. С этим пеклом надо идти на работу, поддерживать диалог с коллегами, ехать в общественном транспорте, безуспешно пытаться заснуть, забирать детей из школы, писать статью или планировать новый проект, выполнять сотни и тысячи повседневных мелочей… Когда ты зажата в тисках тревожного расстройства, бесконечного страха и панических атак, то даже поход в продуктовый магазин кажется невыполнимой миссией.

В три часа ночи после очередной сильнейшей панической атаки я рыдала на кухне и искала поддержки и помощи на форумах для людей с тревожными расстройствами. Их истории со списками принимаемых медикаментов, побочными эффектами, частичной или полной потерей работоспособности, лечением в психиатрических клиниках и ежечасной борьбой с личными кошмарами только подпитывали мои собственные страхи. От них веяло глубоким отчаянием и безнадежностью без единого просвета. Именно тогда я пообещала себе, что если когда-нибудь справлюсь с адом внутри, то обязательно напишу об этом, чтобы во время панического головокружительного падения ты знала — оно не может длиться вечно и даже у самой глубокой чертовой кроличьей норы есть дно.

Кувырком в кроличью нору

Я не могу назвать точное время появления первых признаков моего тревожного расстройства. Эпизодические панические атаки по симптоматике напоминали скорее болезнь пищеварительного тракта. Чаще всего это происходило следующим образом: я просыпалась среди ночи с тошнотой, напряжением в мышцах, жжением в груди и затылке, покалыванием и онемением в руках, сильной дрожью во всем теле и колотящимся сердцем. Ужас из-за непонимания причин заставлял разум подозревать у себя самые опасные заболевания, от чего панические атаки лишь усиливались и шли строем – одна за другой.

Корчась над унитазом в рвотных спазмах, я связывала свое состояние с проблемами органов пищеварения, с отравлением, со всем, кроме того, что предыдущий месяц я жила в условия колоссального нервного напряжения и стресса из-за проблем на работе.

Я ответственно проходила медицинские обследования, сдавала все анализы и на время успокаивалась, получив заключение «здорова».  И не задумывалась, что возможности психики не безграничны и нельзя беспечно относиться к своему эмоциональному фону, пережевывать обиды, страхи и собственные комплексы в голове до бесконечности, что невозможно все контролировать и быть идеальной для всех.

Такое положение вещей с периодическими паническими атаками могло бы продолжаться долго, организм старался изо всех сил «вырулить», но случилось событие, которое стало катализатором: смерть близкого человека. Я полетела кувырком вниз: неотступный страх смерти своей и близких, страх болезней, страх сойти с ума, страх того, что меня запрут в специализированном медицинском учреждении, просто беспричинный животный испуг довели меня до того, что даже нейтральная мысль о стирке отзывалась волной ужаса. Внутри произошел колоссальный сбой.

Никогда не забуду встречи и праздники в кругу коллег, друзей, семьи, от которых мне не удавалось отвертеться. Есть ничего не можешь – пьешь только воду, в горле пересохло и тошнит до одурения. А в голове мечется мысль, что ты сейчас завопишь во всю глотку при всех или что внезапно случится паническая атака. От острого чувства дереализации в голове легкий туман. Но надо не сорваться, вытерпеть, чтобы никто не заподозрил, что ты сумасшедшая, поэтому все оставшиеся силы тратились на то, чтобы синхронно со всеми улыбаться и смеяться шуткам. Я переводила взгляд с лица на лицо и не могла понять, как кто-то может быть счастлив, легок, спокоен, жить без разъедающей внутренности паники, каждый раз выворачивающей меня наизнанку в рвотных спазмах.

За несколько месяцев до свадьбы у меня, «счастливой» невесты, случалось по несколько панических атак в сутки, а тревожность не отпускала ни на минуту. Моя ошибка была в том, что, успешно поставив себе диагноз с помощью интернета, я не готова была обратиться к профессионалу за помощью, считая это полной капитуляцией и признанием себя сумасшедшей.

Исповеди форумчан, десятилетиями безуспешно менявших антидепрессанты (это слово, кстати, символично сокращают просто до АД) и страдающих от побочных эффектов, подпитывали мои предрасудки насчет лечения.

Я ненавидела себя за то, что со мной происходило. Было невыносимо стыдно за то, что я, такая жалкая и слабая, не могу взять себя в руки и перестать «вот это вот все», ведь по сути моя жизнь прекрасна – хорошая работа, любящая семья, замечательный муж, понимающие друзья и все то, что должно делать человека счастливым.

Сигнал, заставивший меня все же обратиться к психиатру, прозвучал на краю живописного обрыва над океаном во время медового месяца. Стоя там, я осознала, что единственное, о чем думаю в этот момент – достаточно ли здесь высоко, чтобы спрыгнув сразу умереть, а не остаться инвалидом. Не уверена, что мне действительно хотелось прыгнуть, но мысль была так навязчива, обыденна и в то же время пугающе холодна и отрезвляюща, что сразу же по возвращении домой я обратилась к специалисту.

«Выпей меня!»

Решение принимать антидепрессанты далось нелегко. Бонусами к ним шли нейролептики, транквилизаторы, витамины и психотерапия. При тревожных расстройствах эффективнее всего показала себя когнитивно-поведенческая терапия, но психиатр по какой-то причине направил меня на аналитическую терапию по Юнгу, где полгода раз в неделю мы «обсасывали» мои детские травмы, сны, причины тревожного и панического расстройств. Каких-либо инструментов по работе с тревожностью, страхом и паническими атаками я не получила. Бесспорно, этот метод дал мне возможность узнать многое о себе, помог справиться с утратой близкого человека, но никак не решил проблему. Даже находясь на медикаментозном лечении, два-три раза в месяц я просыпалась от очередной панической атаки, а общее психическое состояние никак нельзя было назвать стабильным.

Около полугода такого комплексного лечения дали мне временную передышку. После его окончания меня направили к когнитивно-поведенческому психотерапевту. Но перерыв в приеме таблеток очень быстро вернул все на исходную точку: панические атаки захлестывали, как штормовые волны. Я боялась, что теперь всю жизнь обречена принимать антидепрессанты, чтобы хоть как-то улучшить качество своей жизни.

Очень тяжело воспринимались и неуверенные ответы психотерапевтов на вопрос, есть ли вероятность, что я когда-нибудь смогу жить полноценно без медикаментов. Они неизменно отвечали: «Гарантий никаких нет, но есть неплохой шанс, что качество вашей жизни улучшится». Боже мой, да для меня эти слова звучали как приговор: «Ты обречена жить в АДу на веки вечные. Аминь».

Я понимала, что гарантийный талон доктор не выпишет и давать ложную надежду – непрофессионально, но за своими внутренними мучениями и словами врачей видела лишь беспросветную пугающую черноту. Кроме того, специалисты в один голос твердили, что генерализованное тревожное расстройство очень часто приводит ко вторичной депрессии, поэтому к списку моих панических страхов добавился еще один. Сменив нескольких психотерапевтов, взяв от каждого, что могла, я снова осталась наедине со своим психическим расстройством.

Отрубить голову Чеширскому Коту

Мне казалось, что теперь я знаю про генерализованное тревожное и паническое расстройство все. Не было такой книги, статьи, документального фильма, форума или блога, который я не изучила бы вдоль и поперек. Я испробовала уйму всевозможных методик расслабления, дыхательные упражнения, медитативные практики, йогу, мантры, отказ от кофеина, сахара, алкоголя, ограждала себя от волнений, старалась больше отдыхать.

Во время очередной панической атаки меня захлестнул гнев. «Какого черта! – подумалось мне. – Что я только ни делала, чтобы избавиться от этого пекла внутри, а оно и не думает отпускать!» Я стояла перед зеркалом и злилась на то, что я, молодая женщина, не могу жить полноценной жизнью, не могу быть счастливой, приношу боль близким, которые разделяют со мной эти страдания и приступы. Мой гнев был настолько силен, что паническая атака просто разбилась об него и схлынула.

Не знаю, что послужило причиной такого резкого перелома в сознании, подозреваю, что все проделанное до этого в комплексе, но именно тогда я поняла — хоть боль и неизбежна, но страдание опционально. (Pain is inevitable, suffering is optional — Харуки Мураками, «О чем я говорю, когда говорю о беге»).

Да, панические атаки и тревожность очень болезненны, временами они застывают внутри, как вопль ужаса, который никогда не выкричать. И если теперь мне суждено жить с адом внутри, и боль всегда будет со мной на большей или меньшей громкости, то хватит в отчаянии искать причины, вычитывать пессимистические прогнозы и постоянно выбирать страдания вместо жизни.

В тот период за месяц у меня было больше плохих, чем хороших дней без панических атак в тисках тревожности и страха. В один из «хороших дней» после очередного ночного приступа я поймала себя на том, что испытываю незамутненное счастье и облегчение от того, что еда очень вкусная, погода прекрасная, мысль о встрече с другом вызывает радость, а не ужас, жизнь кажется всеобъемлющей и прекрасной.

После я трансформировала “плохие дни” в терпеливое ожидание тех нескольких светлых дней, когда меня «попустит». О, как же я наслаждалась каждой минутой «хорошего дня»: ни дождь, ни снег, ни сорванные дедлайны не могли испортить настроение.

В «плохие дни» я сцепляла зубы и ждала, когда гроза минет. Помогало осознание того, что все конечно, ничто не может длиться вечно и, как бы плохо ни было сейчас, наступит день или час, когда станет лучше. Эта мысль поддерживала утром и вечером, а особенно по ночам, когда меня мучили бессонница и тревожность. Мне даже стало казаться, что без моего персонального ада, без этого контраста, я никогда не научилась бы получать такое удовольствие от жизни.

Со временем “плохих дней” становилось все меньше, а светлых – больше. Я продолжала медитировать, вести здоровый образ жизни, прислушиваться к себе и своим потребностям. А потом как-то очень естественно и почти незаметно “плохих дней” больше не стало.

Я задолжала тебе этот текст, потому что выкарабкалась и обещала поделиться, если сделаю это. Не верьте неуверенному прогнозу «качество вашей жизни может стать лучше». Это не качество жизни, это ты станешь лучше, мудрее, сильнее, храбрее и, что удивительнее всего, счастливее.

Даже если панические атаки будут редкими звоночками напоминать о минувшем ужасе, ты будешь знать, как сломать им хребет и заставить убраться прочь. Не надо все силы тратить на то, чтобы рубить головы своим нездоровым тревогам и комплексам, — страх растает сам перед твоей смелостью и осознанностью. Никакие проблемы, сложности, форс-мажоры больше не страшны, потому что внутри у тебя был персональный ад, в котором ты сумела разбить свой маленький райский садик.