Я Даша, мне 27 лет, я окончила харьковский вуз с красным дипломом, пять лет живу и работаю в Киеве. Если посмотреть фото в моих социальных сетях, все хорошо: я встречаюсь с подругами, хожу в театр и на концерты, путешествую, а еще я часто говорю о физическом и сексуальном насилии, сексизме и феминизме.

Знаю, что многим друзьям и знакомым часто непонятно и даже неприятно мое внимание к таким вопросам. А еще есть друзья, которые, узнав часть моей личной истории, невзначай отдалились, встречи постоянно переносились, а потом и вовсе перестали назначаться.

С трех лет меня воспитывал отчим, человек со сложным характером. Всю жизнь я пыталась объяснить это тем, что его также воспитывал отчим — диктатор и тиран.
Часто слышала в свой адрес: «Ты тупая, ты безалаберная, ты вырастешь и станешь дворником». У меня было прозвище «дерево» на случай, когда я тупила, и ласковое «душечка». Оба я ненавидела.

Отчим требовал от меня идеальных оценок, которых не удавалось достичь, заставлял читать литературу не по годам (например, в седьмом классе мне было очень трудно осилить «Фаворит» Пикуля), ставил в угол и бил ремнем.

Мама воспринимала это как методы воспитания и была занята младшим братом. У него врожденные проблемы со слухом — брат априори требовал куда больше внимания.

Когда мне было лет девять, отчим потерял работу, и у него начались проблемы с алкоголем. На этом фоне доставалось всем, не помню, сколько дней, месяцев и лет это продолжалось.
Память умеет затирать, вытеснять, сглаживать. Но четко помню моменты, когда он кричал, что перережет и изрубит нас, и как мы в ужасе с братом прятали все ножи и любые острые предметы в доме.

Как-то раз в критический момент я выбежала из квартиры на лестничную клетку и хотела постучать соседке, отчим догнал меня, схватил за волосы и ударил головой об стену. Мама в этот момент впервые пыталась позвонить в милицию, отчим разбил телефон ударом ноги и оттолкнул маму так, что она также ударилась головой о стену и получила сотрясение. Милиция не приехала, и никто из соседей не попытался нам помочь.

Я боялась об этом рассказывать, у меня и так были проблемы с одноклассницами в школе. Меня травили, а если бы кто-то узнал о происходящем в семье, думаю, стало бы еще хуже. В школе искусств ко мне все относились хорошо, и я боялась испортить это отношение.

Со временем проблемы с работой и алкоголем прекратились, но родители много ссорились, отчим не был слишком избирателен в выражениях, и я часто попадала под горячую руку.

Когда я училась в десятом классе, родители решили расстаться. Я обрадовалась, когда отчим съехал. Мама неделю плакала, все время заставляла меня о чем-то с ней говорить и моей радости не разделяла.

Двоюродная сестра давила на меня и говорила, что я должна понять, как маме тяжело и как вообще женщинам в этом мире сложно без мужчин. Еще через неделю я не выдержала, поехала к отчиму и попросила его вернуться. Тогда мне казалось, что делаю это ради мамы и снимаю с себя вину за свою радость. Сейчас я бы не сделала этого ни в коем случае.

После переезда в Харьков стала видеться с родителями все меньше. В мои редкие приезды домой отчим не упускал момент упрекнуть. Как-то летом я мыла на кухне посуду, а он внезапно решил мне сообщить, что я эгоистка и что он меня не любит и никогда не любил. Я молча вышла из кухни и расплакалась, с того момента я перестала называть его папой.

Спустя пять лет во время одной из встреч, глядя в глаза, отчим сказал, что лучше бы убили меня, чем тех, кто погиб на Донбассе из-за действий украинской армии (политические взгляды у нас, мягко говоря, отличались). На следующий день он извинился, но с тех пор я не общаюсь с этим человеком. Дома бываю очень редко и вижусь только с мамой и братом.

Какое-то время я сама была в абьюзивных отношениях, в которых меня не уважали, все время пытались контролировать, навязывали свое мнение, обесценивали, взращивали комплексы, унижали, доводили до истерик, применяли физическую силу. Подавалось это под видом любви, заботы и жалости, а если меня что-то не устраивало, меня пытались сделать виноватой, и я покорно соглашалась на эту роль.

Я долго не могла уйти от этого человека, хотя пыталась неоднократно, собирала вещи, покупала билеты, а еще ходила к психологу, постоянно лечила какие-то проблемы со здоровьем, но все время жила в установке, что во всем этом виновата я.

Потому что общество говорит нам: женщина должна быть мягкой, покорной, заботливой, сглаживать углы. Я видела пример мамы, которая до конца держалась за такие отношения, и не дала себе шанса на счастливую жизнь.

В моих отношениях было много хороших моментов, поездки, совместные увлечения, походы на концерты, новые места, встречи с друзьями, но за все эти позитивные моменты приходилось платить.

Я решила, что уйду от этого человека.

Мое психоэмоциональное состояние было на таком пике, что казалось, есть лишь два варианта: признать, что это со мной что-то не так, и ложиться на лечение в клинику (часто в приступах истерики начинала верить, что я «больная», что все проблемы во мне, а человек отчаянно хочет мне помочь) или уходить, правда, потому что это я не справилась, не смогла, не вдохновила, не сделала человека счастливым.

Мне попалась на глаза статья об абьюзивных отношениях и газлайтинге, это был маленький крючочек, за который зацепилась. Читала статьи, сверяла с ними реальность, в которой жила годами, и просто была благодарна судьбе за то, как вовремя все случилось. Слава феминизму, который дал мне понять, что в насилии всегда виноват тот, кто его совершает.

В моей истории случилось много хороших совпадений, лучшая подруга оказалась рядом в самый нужный момент, друзья поддержали и не дали усомниться в решении, новая влюбленность, новый курс терапии. Мне понадобилась вся жизнь и полтора года, чтобы решиться об этом рассказать.

Почему я об этом рассказываю?

Как-то летом вне офиса встретилась с клиенткой по рабочему вопросу, но в итоге мы разговорились, и она рассказала, что ходит к психологу. Видно было, что она волнуется, открываясь малознакомому человеку. Чтобы поддержать, я призналась, что тоже прохожу терапию и почему для меня это было необходимо.

Она посмотрела на меня и сказала: «Вы такая добрая, светлая, милая девочка, в жизни никогда не подумала бы, что кто-то вас мог так сильно обижать».

В этом мире не один миллион таких добрых светлых, милых девочек, которых никто не должен обижать. Знаю, как сложно решиться на перемены, найти силы, найти поддержку, найти нужный момент, встретить нужных людей. Мне повезло, но так везет далеко не всем.