Пить чай, есть торт, говорить с незнакомцами о смерти – не самый тривиальный способ провести выходной.

Зимой 2018 года Киев стал вторым украинским городом, который присоединился к социальной франшизе Death Cafe – неформальных встреч с дискуссией о смерти. Первым был Львов. Это случилось благодаря инициативе Веры Кравченко – психотерапевтки и ведущей UA:Ukrainian Radio – English service:

«Для меня история кафе смерти началась зимой 2018-го, когда я решила перестать курить. Отсутствие сигарет подняло огромное количество тревоги, в том числе экзистенциальной. Я стала думать о своих утратах – обоих родителей не стало в 2010 году, задумалась о собственной конечности и в общем осознала, сколько напряжения люди создают в отношениях вокруг этой темы. Мне захотелось сделать что-то полезное и поддерживающее для своего сообщества. Я – психотерапевт, и первое, что пришло на ум – создание терапевтической группы для людей, переживших утрату. Среди откликов я увидела напутствие подруги из Москвы в виде вопроса, знаю ли я, что такое Death Cafe. Я стала изучать это движение, вдохновилась и решила провести собственное мероприятие в декабре 2018-го. Далее последовало еще 16 таких встреч в 2019-м. Во время одной из них посчастливилось познакомиться с Ирой Ночной, которая присоединилась к движению и провела несколько собственных мероприятий».

Ира видит в проекте социальную миссию:

«Пару лет назад я открыла для себя движение death positive, прониклась его идеями и даже завела телеграм-канал Death&Curiosity. Кафе смерти отлично вливалось в эту идеологию, но я даже не надеялась, что кто-то возьмется делать подобное у нас. На первой же встрече я предложила Вере любую помощь в этом начинании – хотелось о смерти не только говорить, но и что-то менять. Привнести осознанность и сознательность, изменить культуру к лучшему. 

Сама я провела два кафе и больше была на подхвате, помогала с сообществом, связывалась с потенциальными заинтересованными. Такая активность заставляет вникать в разные аспекты смерти, связанные с повседневными потребностями, а не только с высокими идеями. Опыт с кафе смерти выявил запросы людей, которые важно не просто обсудить, а дать инструкцию к действиями от специалиста. Как говорить с детьми о смерти? Что сказать близким в трауре? Какие альтернативы у традиционных похорон? Как получить паллиативную помощь? Все это планируется развить в лекции и воркшопы, но это – уже совсем другая история…» 

Мероприятия проводятся в камерной и неформальной обстановке, а сами встречи не преследуют коммерческие цели. Важно, чтобы гости чувствовали себя уютно и в безопасности.

Кафе смерти — не терапевтическая группа и не группа поддержки в стандартном понимании. Это скорее похоже на дискуссионную площадку. Каждый сам выбирает, как вести себя на встрече: рассказать личную историю, комментировать рассказы других или вовсе молча слушать.

Каждая встреча уникальна, состав группы никогда не повторяется. Люди закрывают личную потребность и возвращаются редко. Обычно после death cafe начинаешь открыто говорить о смерти со знакомыми, впрочем, есть и те, кто приходит во второй и даже третий раз с разными запросами. 

Спустя год после первого киевского кафе смерти уже выделяются часто обсуждаемые темы. У участников много энергии в том, что касается религиозных и традиционных обрядов. Практически на каждой встрече есть недоумение и возмущение. 

У людей младшего поколения отчетливо виден кризис смыслов – почему происходит именно так и что это значит для них самих? В мрачной суматохе похорон «приходится» следовать за привычной и порой навязываемой ритуалистикой. У скорбящих она не находит отклика, а потому не помогает проститься с близкими как хотелось бы. На одном из последних мероприятий задались вопросом: какие могут быть современные и даже персонализированные ритуалы для переживании смерти близкого?

Говорим о том, как часто не хватает слов, чтобы искренне выразить поддержку и побыть с тем, у кого болит из-за потери. Обсуждаем и бытовые трудности: как говорить с родными о завещаниях, имуществе, кремации, похоронах. Это часто остается в зоне молчания до часа Х, а потом может вылиться в травматичную историю, когда горюющие родственники в растерянности принимают решения, о которых жалеют. Среди других тем: онкология, суицид, эвтаназия, донорство, смерть домашних животных.

Саму концепцию «встреч о смерти» выдвинул швейцарский социолог и антрополог Бернар Кретта в 2004 году. В работе Cafes Mortels он определяет, что социально тема смерти пребывает во власти «тирании молчания», и это сказывается на уровнях человеческих отношений. Где есть тайна, неизбежно будет и напряжение. Философ убежден, что разговоры о смерти улучшают качество жизни. Бернар Кретта в течение 10 лет проводил собственные кафе разного масштаба, а в 2014-м завершил эту деятельность.  

Идею подхватил британец Джон Андервуд. В 2011-м он впервые провел такое собрание у себя дома. Мать Андервуда, психотерапевтка Сью Барски Рид, исполнила роль модератора. Главное, что сделал Андервуд: систематизировал правила, принципы, порядок, цели встреч. Так Death Cafe стало международной неприбыльной социальной франшизой. Любой человек может провести такое мероприятие: нужно подписать электронный договор, ознакомиться с правилами и разделять философию.    

С тех пор идея распространяется по планете.. В этой сети нет единого руководителя или официальных. Главное, что их объединяет, — философия. С момента рождения этой франшизы в мире состоялось более 10 тысяч зарегистрированных death cafe. 

Основные принципы death cafe таковы:

– Неприбыльность. Участники вольны финансово или организационно поучаствовать в мероприятии, но это ни в коем случае не обязательно. Вход свободен, выход тоже, но донейшны приветсвуются. 

– Отсутствие повестки и экспертов. Кафе работает без повестки встреч и обязательных тем, которые задавал бы ведущий. Говорят о смерти, и пространство мероприятия наполняется исключительно тем, что приносят гости. 

– Нет задачи привести участников к каким-либо умозаключениям или в чем-то переубедить.

–  Кафе проводятся в уютном, конфиденциальном пространстве.

– Здесь едят торт! Дедушка Кретта, описывая традиции родного региона в швейцарских Альпах, отмечал, что сытная питательная пища помогает справляться с тревогой, которая может появиться в контакте с темой смерти, и «заземлиться». Также хлеб-сыр-вино (а в нашем случае – торт с чаем) объединяют людей за столом.